Афродита очаровывает, а Эрос пленяет. Между собой они выражают два аспекта эротического, которые делают страсть интересным танцем. Зрелый Эрос, который вновь входит в историю ближе к ее концу, действительно становится мужем Психеи и отцом нового архетипа, их ребенка Наслаждения. Именно этот Эрос, а не пуэр, может обеспечить «потребность души во всем, что предлагает Эрос, в мире, который держится вместе, и во всей жизни, которая творческая и мотивирована любовью» (Moore, 1998, 13).